amarok_man (amarok_man) wrote,
amarok_man
amarok_man

Categories:

Песня фронтовых корреспондентов

В 1943 году корреспондент газеты «Красная звезда» Константин Симонов добирался по заданию редакции из Краснодара в Ростов. Маршрут был сложным, водитель — немногословным. Чтобы отвлечься, Симонов, сидевший в кабине «Виллиса», в течение двух суток сочинял песню, посвящённую фронтовым журналистам. Возможности записать текст у автора не было, поэтому поэт многократно и почти непрерывно проговаривал вслух каждую строчку.


В Батайске, где находился корреспондентский пункт симоновского издания, журналиста встретили коллеги. Они накрыли стол, выставили водку и закуску; там же написанная Симоновым песня впервые была исполнена на мотив дворовой «Мурки». Вскоре в корпункте появился военный врач, которому водитель доложил о странном поведении «ненормального подполковника», всю дорогу произносившего какие-то стихи. Спустя годы поэт поведал об этой истории в радиоэфире; откликом на его воспоминания стало письмо из Ялты, автор которого признался, что был тем самым доктором, срочно вызванным из санитарной части.

В том же 1943 году Матвей Блантер положил текст стихотворения на музыку. «Песенка военных корреспондентов» стала фрагментом спектакля «Жди меня» (режиссёр Николай Горчаков), в котором её исполнял актёр Ростислав Плятт . Широкую известность песня получила год спустя, когда её записал Леонид Утёсов. Симонову его прочтение текста понравилось; поэт утверждал, что певец «приделал песне колёса». В то же время Блантер остался не слишком доволен утёсовской трактовкой; по мнению композитора, Леонид Осипович напрасно проигнорировал музыкальное вступление, которое предполагалось напевать без слов.

В годы войны авторская версия песни была исправлена цензурой; впоследствии отредактированный вариант вошёл в сборники стихотворений Симонова. В начале 1960-х годов поэт при встрече с Утёсовым сообщил, что хотел бы вернуться к изначальной редакции стихотворения. Так, в первом варианте была строчка «от ветров и водки хрипли наши глотки»; цензоры поменяли её на другую — «от ветров и стужи петь мы стали хуже», забыв, по словам поэта, про «наркомовские 100 грамм». Строчка «так давай по маленькой нальём» после вмешательства цензора тоже обрела другой смысл — «так давай за дружеским столом»[4].
Автор был недоволен и тем, что в течение двух десятилетий в песне отсутствовал вырезанный цензурой куплет: «Помянуть нам впору / Мёртвых репортеров. /Стал могилой Киев им и Крым. / Хоть они порою / Были и герои, / Не поставят памятника им»; эти строки были возвращены в песню лишь в шестидесятые годы.

Утёсов, прислушавшись к рекомендациям Симонова, записал авторский вариант «Корреспондентской застольной» для радиопрограммы «С добрым утром!» и в дальнейшем использовал только его. Точно так же поступил и Иосиф Кобзон, которого поэт на одном из концертов попросил исполнять «военную версию» песни.

https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9A%D0%BE%D1%80%D1%80%D0%B5%D1%81%D0%BF%D0%BE%D0%BD%D0%B4%D0%B5%D0%BD%D1%82%D1%81%D0%BA%D0%B0%D1%8F_%D0%B7%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BE%D0%BB%D1%8C%D0%BD%D0%B0%D1%8F

Tags: #ВОВ, #интересное, #история музыки
Subscribe
Buy for 20 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 11 comments