amarok_man (amarok_man) wrote,
amarok_man
amarok_man

Categories:

Надым и немного о жизни на Севере. Часть 2

продолжение. Начало здесь : https://amarok-man.livejournal.com/3514518.html


Природе тут посвящено несколько комнат, где большую часть времени так и кишат различные детишки. Типично полярная живность:

23.


На самом деле полярные животные, в отличие от тропических, представлены чучелами да кусочками меха на специальной витрине "Погладь зверя". Но есть тут и пара залов не о природе - в прошлой части я уже показывал находки из лагерей Стройки-501, а в соседней комнате небольшая, но очень интересная этнографическая экспозиция. Чумы, нарты, малицы оставим пока за кадром, а тут вот оленеводческий и промысловый инвентарь. Вещи попадаются весьма экзотические - например, белое нечто на второй снизу полке справа подписано как "клей из осетра".

24.


Максим raven_ptitsa обратил моё внимание на подвески с фигуркой человека - точно такие же он видел у нганасан в глубине Таймыра, а что они значут - ни нганасане, ни ненцы не помнят. А фигурки в одеяниях - это нытарма, вместилище души предков: хальмеры, фантастического вида ненецкие кладбища, которые я показывал ещё летом близ Антипаюты, служили своего рода чистилищем - через несколько лет, когда тело в деревянной могиле истлеет, из дерева гроба шаман со словами "Ваш родич превратился в жука и просится в ваш чум" вырезает фигурку, которую затем моют и одевают, и в её образе возвращают умершего в дом, где он становится покровителем для своих потомков.

25.


Но традиционные культы - все в далёких тундрах, кроме священного дерева на зимнике я и не припомню ничего. На той же опушке парка стоит Никольская церковь (1994-98), поражающая количеством несочитающихся архитектурных элементов:

26.


Тем не менее, в её обширный двор стоит зайти - в его дальнем углу стоят две часовенки, и если высокая часовня-звонница была времянкой на период строительства храма, то вот маленькая бревенчатая часовенка в действительности самое интересное здание Надыма:

27.


Это хэхэ-мя, то есть Священный чум - так ненцы называли маленькие православные часовни, построенные в их земли обдорскими и пустозерскими миссионерами. Само собой, большинство из них не пережили советских времён, разобранные на дрова и стройматериала, а вот эта часовенка каким-то чудом оказалась забыта и в 2006 году найдена газовиками на реке Правый Ярудей (не путать с тем Ярудеем, вдоль которого мы ехали в прошлых частях - он впадает в Надым слева) и в 2014 году перенесена сюда. Она датируется 1894 годом, то есть это старейшее здание Ямало-Ненецкого округа за пределами Салехарда. Во дворе собора она стоит явно как экспонат - чтобы заснять кадр через мутное оконце, мне пришлось продираться по колено в снегу.

27а.


За воротами храма - памятник Ремизову... не Семёну, строившему Тобольск, а Валерию - директору "Надымгазпрома" в Перестройку, а в последние годы жизни руководителю ВНИИГАЗа в Москве.

28.


Офис нефтегаза, церковь, мечеть, памятники освоителям... Что ещё должно быть в нефтегазовом городе Севера? Конечно же, первый дом! В Надыме первыми домами были балки, то есть жилые вагончики, о годах в которых, в тесноте да без удобств, помнит практически каждый надымчанин старше 30, а вот первая капитальная пятиэтажка, она же и самая в городе обшарпанная, стоит в начале улицы Зверева напротив ещё одного офиса "Газпрома". Она была построена в 1971 году, когда Надым был ещё ПГТ, но проблемы балков не решила - пятиэтажек не хватало на всех, а масштабное капитальное строительство тут началось лишь в конце 1980-х:

29.


Неподалёку и воинский мемориал - атрибут российского города вообще, и Север тут не исключение:

30.


Дальше по Зверева будет администрация Надымского района, а по соседству с ней офис "Севергазстроя" с часовней Петра Апостола и тем самым памятником строителям (кадр №4) с картой Надыма на пьедестале.

31.


А чуть поодаль и так же обязательный в каждом российском городе Заброшенный Завод. Собственно, это домостроительный комбинат, который и выбил в своё время у центральных властей Евгений Козлов - без него Надым оставался бы барачно-балковым посёлком. Собственно, отсюда вышел тот город, который мы видим теперь, и сделав своё дело, комбинат стоит опустевшим..

32.


Тут я как-то ушёл с улицы Зверева в промзону, проезды которой выполняют в Надыме и роль объездной. В промзоне свои памятники, будь то ЗиЛ-157 (в этих краях он, наряду с ГАЗами тех же лет, вместо "тридцатьчетвёрки", а вместо танка ИС - соответственно, гусеничный вездеход):

33.


Или мамонт, чтоб не отставать от Салехарда. Я бы ему даже кличку дал - Уавр, так как за его спиной проходная Управления Аварийно-Восстановительных работ. Зубодробительные аббревиатуры в этих краях тоже очень популярны.

34.


А за промзоной ещё и два посёлка с красивыми названиями Лесной и Финский. Причём если Лесной вполне благоустроен, то представить себе что-то более нефинское, чем Финский посёлок с усайдингованными бараками, в одном из которых, по свидетельствам нашей знакомой, обитает самый настоящий туберкулёзник, представить сложно. Лесной мне запомнился такими вот странными домами - П-образное каре деревянных бараков с капитальными "коробками" по углам.

35.


Ещё там есть совсем новая церковь:

36.


И пятиэтажка с роскошной мемориальной доской очередному герою нефтегазового фронта. Особенно впечатлила надпись "Алмазные грани его таланта засверкали в освоении гигантских месторождений Ямала".

36а.


"Первопроходцам, строителям - слава!
Слава нефтяникам, газовикам!
" - это из песни, которая несколько раз звучала на День оленевода. Вообще, на Югре и Ямале очень хорошо заметно это разделение общества на несколько почти не пересекающихся групп: богатые и мобильные работники нефтегаза, все остальные жители городов и посёлков и представители коренных народов, которые в свою очередь распадаются на оленеводов и промысловиков. Более того, географически делятся и сами эти регионы: запад Югры и Ямала вдоль Оби - более "коренной", восток со всеми этим Уренгоями, Ноябрьском, Сургутом - более нефтегазовый, и на Ямале пока что это разделение закреплено даже сетью дорог, соединённой с внешним миром только на востоке. Так вот, Надым уникален тем, что расположен как раз посредине, на стыке этих двух миров, фактической границей которых служит собственно река Надым. Бетонный газоград - но среди зимних пастбищ ненцев, к лету уходящх за Обскую губу, фактически относящийся к "западной" половине округа, но логистически - к "восточной". Поэтому в Надыме нередки и вот такие сюжеты:

37.


Причём не только в День оленевода - первую компанию ненцев мы встретили за неделю до праздника, они были нетрезвые и за фотографирование попросили денег, впрочем в пределах сотни рублей, и явно двигались куда-то в сторону тундры. Всех представителей коренных народов тут почему-то называют "ханты", хотя на самом деле кочуют вокруг исключительно ненцы, а собственно ханты разве что на День оленевода приезжают гостями. Учитывайте этот момент, читая местные форумы.

38.


А эти девушки может быть и городские, в стильной современной малице (тем более чумработница малицу вряд ли наденет - это мужская одежда):

39.


Но в общем присутствие тундровых жителей с их древними нарядами в бетонном зажиточном городе смотрится потрясающе. Ненецкая тема представлена и в уличных плакатиках:

39а.


И в сувенирке:

40.


И в кухне. В обычных супермаркетах (ничем в общем-то не отличающихся от магазинов "на земле", разве что цены процентов на 10-15 выше) не редкость колбаса из оленины, но куда интереснее магазинчик "Яля" в Лесном посёлке, где оленину и мясо местных рыб типа щокура (в Восточной Сибири он известен как чир и считается лучшей рыбой, а здесь - лишь второй после муксуна) продают в десятке разных видов - мне запомнились оленьи колбаски для жарки с кедровым орешком и сухой олений суджук, долго хранящийся и прекрасно утоляющий голод. Впрочем, и не только мясо - вот например справа потрясающе вкусные конфеты из лесных ягод (стоят, правда, как элитный шоколад в "Азбуке Вкуса").

41.


Муксун в Надыме тоже есть, но если в Салехарде им открыто торгуют на каждом шагу, то здесь есть специальный рыбодиллер, который привозит заламинированных рыбин по звонку. По словам Максима, русские рыбу плохо ловят (у "хантов" она крупнее), а коренные жители - плохо чистят и хранят.

41а.


Вот ещё немного зарисовок северного быта. Гигантские сугробы и погребённые снегом машины - весьма частый сюжет. Машины при этом не выглядт брошенными, иногда подобно ненецким нартам у чумов чем-то загружены, то есть просто ждут лета, как медведи в берлогах. По городу ездить - так всё и так рядом, зато летом можно укатить в долгий северный отпуск:

42.


Коляски на полозьях вместо колёс - обычное в этих краях дело:

42а.


А вот ещё из автомобильного - во многих северных городах можно видеть провода, свисающие из окон на улицу к таким вот устройствам (правый кадр снят в Новом Уренгое). Чтобы не возиться лишний раз с прогревом двигателя, зачастую машины снабжены электрическими прогревателями, питающимися током от домашних розеток. Где-то администрация с ними борется, но чаще все всё понимают, у самих проблемы те же.

43.


С машинами тут вообще интересно: в порядке вещей тут увидеть у какого-нибудь магазина или учреждения открытую, заведённую, тарахтящую и дымящую, но при этом пустую машину. Самое редкое преступление в северных городах - автоугон, потому что угонять машину попросту некуда: у въезда на зимник или на блокпосту за Уренгоем всех проезжающих записывают, а объехать их можно разве что на вездеходе. Впрочем, с преступностью и вандализмом в Надыме (в отличие от того же Уренгоя) вообще всё неплохо - так, большинство подъездов в городе без кодовых замков.

44.


А вот встретился фактурнейший русский старожил, вполне может быть живущий здесь столько, сколько Надым существует и немалую часть этого времени - в балке. И я бы сказал, что русские Крайнего Севера - народ не менее чуднОй, чем любые ненцы.

45.


Вообще, всё больше убеждаюсь, что чем более открытыми и непосредственными в том или ином краю кажутся люди - тем строже там неписанные кодексы поведения. Первый раз я почувствовал это в Средней Азии, причём далеко не в первый свой туда приезд; и снова - на Крайнем Севере.
Северяне очень, просто потрясающе отзывчивы, потому что (как мне объяснял давным-давно один воркутинец) "сегодня я прошёл мимо и не помог, а завтра мимо меня кто-то пройдёт". Но у отзывчивости этой есть обратная сторона: тут надо быть в принципе очень осторожным в выражении намерений. Я спрашиваю разршения что-то взять из холодильника - и мне это приносят быстрее, чем я бы встал из-за стола; я спрашиваю водителя машины, с которым еду автостопом, где в городе такая-то улица - и он петляет по городу, чтобы меня туда завезти. И лишь позже, когда на меня стали поглядывать косо, до меня вдруг дошло: я задаю вопрос - а люди слышат ПРОСЬБУ. И наоборот: люди в такой форме обращаются с просьбой ко мне, я слышу всего лишь вопрос, и стало быть в их глаза веду себя как разморёный барин.
Вообще, северяне считают себя прямолинейными правдорубами, но как мне показалось - намёками тут общаются куда больше, чем "на земле", возможно чтобы не вызвать столь же прямолинейной реакции в ответ, но скорее даже просто потому, что северяне - очень цельная и чистая порода людей, и друг друга понимают с полуслова там, где гостю "с земли" надо все разъяснять.
А просьба здесь на совести не того, к кому она обращена, а того, кто обращается. Если ты попросишь другого о том, что можешь сделать сам - скорее всего он это сделает, но ты получишь минус к карме. На Севере мало людей, поэтому у каждого есть репутация, которую очень легко себе испортить.
И как же, спрашивается, в такой ситуации быть постороннему? Всё просто: или понимать, что к чему, или жить где-нибудь в другом месте. В этом парадокс Севера - хотя большинство его жителей родились где-то далеко, может даже южнее России, среда здесь необычайно цельная: просто встраиваются в неё люди с особым складом характера и ума, когда-то приехавшие на Край Земли и понявшие, что их судьба - здесь. Немало северян живёт в любом постсоветском городе, просто они не знают ещё, что они - северяне. А гостю здесь оплошности простят, как взрослые - ребёнку, как военные - штатскому: "он с земли приехал, что с него возьмёшь?". Несевер тут называют именно так - "земля", словно колонисты на чуждой планете.
И ещё на Крайнем Севере каждый мнит себя героем, но действительно немало людей, которые таковыми и являются.

46.


Вообще, эти северные города вызывают чувство фатального одиночества. Люди здесь немногим беднее, чем в Питере и Москве, в основном неплохо образованы и по жизни довольно активны (ведь чтобы сюда попасть - откуда-то надо решиться уехать), однако в их распоряжении лишь десяток кварталов и улиц да глухая безлюдная земля вокруг. Людей, возможностей для роста, мест, куда можно пойти вокруг мало, просто потому, что сам город невелик. Северный отпуск большой - но раз в году, поездом до "земли" ехать долго, а самолётом - дорого. Но сколько раз я слышал истории с одним и тем же сюжетом: "Мечтал отсюда свалить, уехал в итоге на землю, полгода пожил и не выдержал - вернулся"!
В завершение рассказа - монументальная собака, целыми днями лежавшая у подъезда, в котором я гостил.

47.


отсюда : https://varandej.livejournal.com/794310.html

Subscribe
Buy for 20 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 51 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Besttim_o_fay

June 9 2018, 10:10:39 UTC 2 years ago

  • New comment
Щёкур говоришь ;)
Знаем такого.
11.06.2006г. 116
Наш геолог с платформы "Амазон", твой тёзка. Прямо в Ямбургском порту рыбку ловил.
Не успел лёд сойти - Саня плот из деревяшек со свалки изладил и отчалил рыбу удить.
Мы в тот день всем каротажным отрядом с примкнувшими матросами шашлычили, он к нам с уловом и выплыл :)
11 июня 2006 года, Обская губа, порт Ямбург.

А это я посерёдке. Слева наш каротажник-перфораторщик Миша, бывший реф с рыбфлота, справа шваброход-прач Юрик в мангале шурует :)
11.06.2006г. 075
Вот о чём мы с Мишей перетирали? Забыл напрочь...

Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →