amarok_man (amarok_man) wrote,
amarok_man
amarok_man

Ховд (Кобдо). Старейший город Монголии. Часть 1

На территории Монголии было немало столиц древних великих империй, в том числе Каракорум, где во дворце Чингисхана стояло серебряное дерево с золотыми листьями. Но к середине тысячелетия их почти без следа поглотила степная пыль, а в роли оседлых поселений остались разве что хийды и хурэ - буддийские монастыри. Даже Улан-Батор начинался с кочевой ставки ("Урга"), осевшей на нынешнем месте лишь в конце 18 века. И скромный Ховд (29 тыс. жителей), центр обширного пустынного аймака на западе страны, выходит старейший монгольским городом - джунгарский хан Галдан-Бошогту основал его в 1685 году как центр земледельческого района. Многонациональный Ховд самобытнее казахского Улгия, из которого мы не без приключений добирались сюда в прошлой части, и здесь есть вполне самодостаточные достопримечательности вроде китайской Казначейской крепости или неожиданных памятников сталинской архитектуры.


Чуть раньше джунгар, в самом начале 17 века, на большую сцену Мировой истории вышли другие кочевники - чжурчжэни, или маньчжуры из тех краёв, где ныне стоит Владивосток. Не потомки Чингисхана, а дальняя родня эвенков и нанайцев, они сориентировались куда быстрее и в 1636 году начали покорять Китай, положив начало последней в его истории императорской династии Цин. Первым, хотя и не надёжным и не добровольным союзником маньчжуров стали монголы, от которых те получили печать императора Северной Юани, то есть правопреемственность Монгольской империи. Но единства среди монголов не было, союзы с маньчжурами создавались и рушились, а князья и ханы убивали друг друга завоевателям на радость. Монгольская степь раскололась на Внутренню Монголию (к югу от Гоби) под властью Цин, колеблющуюся Халху (Внешнюю Монголию) и независимую Джунгарию, и конечно же джунгарский хан не мог не примерить на себя роль объединителя монголов. Галдан-Бошогту, тот самый, что разрушил в междоусобной войне крепость Аблайкит под будущим Усть-Каменогорском, с 1680-х годов начал экспансию на восток. Маньчжуры имели перед джунгарами такое преимущество, как грандиозная тыловая база Китая, поэтому Галдан, покорив оазисы Кашгарии, пытался развивать в своём ханстве земледелие. Как крепость, прикрывавшая земледельческую колонию приглашённых таранчи (уйгуров) на берегах реки Кобдо и был основан в 1685 году одноимённый город (Ховд и Кобдо - одно и то же слово). Успешная экспансия ойратов в халха-монголию обернулась чередой джунгаро-маньчжурских войн, и на первый раз маньчжуры одержали верх, на второй джунгары взяли реванш, ну а третья война 1750-х годах кончилась гибелью Джунгарского ханства.

1а.


Ховд был взят цинским врйском в 1757 году в одном из ключевых сражений, а пять лет спустя восстановлен уже маньчжурскими властями километрах в 20 от своего первоначального места, теперь на реке Буянт. И хотя долина Кобдо исторически принадлежала Джунгарскому ханству, Цины включили её в состав Внешней Монголии, делившейся на 4 аймака (феодальных ханства), как не входивший ни в одно из них пограничный округ ("лигу") Кобдо, включавший весь запад нынешней Монголии от Алтая до Гоби. В Китае монгольскими делами заведовала "варварская палата" Лифаньюань, назначаемый из неё цзяньцзинь (генерал-губернатор) Внешней Монголии сидел в Улясутае, а два его помощника (амбань) - в Урге и Кобдо. Эти три города и составляли костяк Внешней Монголии, и в составе империи Цин она с одной стороны располагала значительной автономией, а с другой - была максимально изолирована от внешнего мира, в первую очередь от цепкого капитала России. На рубеже 19-20 веков эту автономию пекинские власти начали активно сворачивать, а необходимость пополнить казну после чудовищных восстаний, прокатившихся в 1860-90-х годах по всей Поднебесной, толкнула их на необдуманный шаг: собирать налоги с монголов не скотом, как раньше, а серебром. Монголия, конечно, очень богата серебряными рудами, но тогда об этом никто не знал, и серебро на дань монголы получали, лишь продавая скот китайским купцам. Те, разумеется быстро сориентировались в ситуации и занизили цены, от чего поголовие скота в Монголии начало таять на глазах, и как неизбежное следствие - монгольскую степь с 1900-х годов начали сотрясать восстания.

1б.


В 1911 году Монголия отделилась от Китая, став независимой теократической монархией под протекторатом России, и самое активное сопротивление Национальной революции оказал как раз-таки амбань Кобдо, лишь в 1912 году изгнанный беспощадным калмыком Джа-ламой. Война в Кобдо прекратилась лишь в 1913 году с вводом туда русских войск. Но ещё на десятилетия Монголия, лишь в 1961 году принятая в ООН, осталась чем-то вроде Абхазии или ЛДНР - непризнанным государством, "серой зоной" на границе России, без воли которой здесь не решалось ничего. Поэтому Монголию не миновала и русская Гражданская война: китайцев, вернувшихся в Кобдо под шумок в 1919 году и устроивших погромы русских купцов, в 1921 выгнали бе(г)лые казаки из "алтайской сечи" Александра Кайгородова. В тот же год и их разбили красные во главе с Карлом Байкаловым и монгольские коммунисты - следом за СССР возникла Монгольская Народная Республика, в 1921 году ограничившая, а в 1924 и полностью упразднившая монархию Богдо-гэгэна. И когда не было ещё ни шахт Дархана, ни металлургии Эрдэнэта, старинный Кобдо оставался вторым по значению городом Монголии, "воротами в СССР", где в 1942-44 годах формировались верблюжье караваны с мясом и шерстяной одеждой на помощь Красной Армии, а с 1930-х годов до самой Перестройки - гурты скотоимпорта на мясокомбинаты Семипалатинска и Бийска.

2.


Добравшись до Ховда поздно вечером, мы остановились в первой попавшейся гостинице "Ховд" на главной площади. У неё был пафосный холл с аквариумом, и вежливые очаровательные администраторши, уже не казашки, а явные ойратки или монголки. Одна свободно владела английским, другая - русским, вот только работали они посменно. За, кажется, 60 тысяч тугриков (1500 рублей) мы сняли небольшой номер с удобствами, а на утро, оставив Олю выспаться и собраться, я пошёл гулять. Снаружи гостиница оказалась такой же, что мы видели в Улгие - фасад в духе сталинского барокко, как где-нибудь в Чернигове, и даже те же каменные часы на нём. На кадре выше он на заднем плане, а меня с первого же взгляда впечатлило роскошное здание театра, судя по пережиткам конструктивизма - как бы и не 1930-х годов постройки:

3.


Хотя "сталинская архитектура" в изрядной степени миф, и подобие наших сталинок  я видел в бывших землях Польши, Финляндии, Чехословакии, не говоря уж о странах Прибалтики. Но монгольские сталинки - это именно сталинки в узком смысле слова, равно как и местные пятиэтажные дома - именно родные нам пятиэтажки. И этот театр без вывесок и с запертой дверью фасада - шедевр "монгольского сталианса", более яркие памятники которого стоит искать разве что в столице.

4.


Другая сторона площади Аюша. Неотъемлемая часть её ансамбля - довлеющая над Ховдом гора Хотын-Урд (2028м) с каким-то немного готическим абрисом:

5.


На кадре выше, на одном ряду с нашей гостиницей - политехнический колледж и детский сад. Типовые проекты послевоенного СССР, отличающиеся лишь декором:

6.


Напротив театра - Ховдинский западный региональный центр, то есть видимо администрация аймака, которую здесь уже никак не назвать акиматом, и суд, вывеска которого отмечена парой орденов МНР (ближе см. здесь).

7.


При виде памятников на площади я сразу обрадовалс: "О! Чингисхан!", но нет - как заметил mimohodec, несмотря на весь культ личности, именно памятников Потрясателю Вселенной на всю Монголию три штуки. А здесь в середине площади в 1959 году увековечен давший ей название Арат Аюш (1858-1939), предводитель аратских восстаний в Кобдинском округе, а у здания суда - основатель города Галдан-Бошогту (2004).

8.


Домик с граффити на углу площади:

9.


В сквере по соседству - не знаю точно, что за заведение и каких лет постройки, но надпись на нём гласит примерно "Дети приносят радость!".

10.


А детям радость приносит обилие зооморфных скульптур, в том числе вот такие вот мимимишнейшие лавочки:

10а.


С площади улицы расходятся по трём сторонам - на север к Казначейской крепости, историческому недо-центру и дороге в Улгий; направо, если идти с севера - к парку и буддийскому монастырю, налево или прямо - к базару, автовокзалу и дороге в Улан-Батор. В облике ховдинского центра переплетаются как очень знакомое, так и совсем не знакомое. Вот этот вид - почти что Элиста, и сходство совсем не случайно. Ховд - пожалуй самый многонациональный аймак Монголии: четверть жителей тут халха-монголы (то есть монголы "по умолчанию"), 10% - казахи, а большинство населения - ойраты: осколки Джунгарии, по нашему говоря - калмыки. Сама Калмыкия с согласия русских властей образовалась почти одновременно с Джунгарией, с крахом последней многие ойраты ушли на Волгу, а несколько десятилетий спустя, не поладив с царскими властями, уже калмыки пустились в Пыльный поход через казахские степи назад к империи Цин. То есть, как у многих российских калмыков родословная уходит в Синьцзян, так и у многих монгольских и синьцзянских ойратов были дальние предки на Волге. Консолидировать ойратские племена в единый народ по советскому образцу монгольские власти не стали (так, чего доброго, и национальную автономию им пришлось бы создавать!), но суммарно их около 200 тысяч человек - чуть больше, чем волжских калмыков. Самые многочисленные ойраты - дербеты и баяты, населяющие в основном в Убсунурский аймак, и именно с дербетов начиналась алтайская торговля по Чуйскому тракту. В Ховде живут захчины (ещё четверть населения аймака) и малочисленные торгуты (9%), олёты (7%), мянгаты (5%), немного дербетов (4%) и баятов, совсем уж редкие узумчины, а также знакомые по прошлой части урянхайцы (7% населения) и чанту - монгольские узбеки и уйгуры, потомки земледельцев Галдана-Бошогту, нишу которых на полях долины Кобдо в последние полтора века заняли казахи. Население Ховда-города в целом похоже на население Ховда-аймака, разве что казахов побольше, поскольку Ховд-река совсем рядом.

11.


Местами Ховд похож не на Элисту, и вообще не на бывший СССР, а на старый голодный Китай, знакомый мне лишь по фотографиям и фильмам. Одноэтажные дома с очень частыми окнами, а за ними робкие новостройки - наверное, такой была китайская глубинка в эпоху Сяопина.

12.


Добавляют маоизма толстые кирпичные трубы дворовых котельных, зимой наверное густо дымящие углём:

13.


Южнее площади Аюши - целый квартал деревянных бараков с юртами во дворах:

14.


Здесь же и явные сталинки с характерной лепниной:

15.


В том числе здоровенная жёлтая школа:

16.


Задний двор которой также не обошёлся без юрты:

17.


Среди всего этого попадаются одноэтажные домики, которые вполне могли принадлежать каким-нибудь русским купцам или например русскому консульству, основанному в Кобдо ещё при маньчжурах.

18.


Если это правда русское зодчество - то одни из самых малоизвестных его образцов:

19.


Думаю, вы заметили и очень странный марафет Ховда. Город явно некоторое время назад привели в порядок, может быть не без помощи Цахиагийна Элбегдоржа, президента Монголии в 2009-17 годах, при котором "шестнадцатая республика" вновь сильно сблизилась с Россией: он родом из Ховдинского аймака, и по происхождению - захчин. Но марафет явно был разовой акцией, и "монгольским Белгородом" Ховд так и не стал - тротуары из плитки и булыги, симпатичные бордюрочки и фонарные столбы неумолимо заносятся песком и сором.

20.


Одна из "фишек" Ховда - памятники его региональным символам. Например, кобдинскому арбузу - на грузовичке с такими мы ехали в прошлой части. Как уже говорилось, выращивают их здесь в основном казахи: оказавшись не столь true-скотоводами, как монголы и ойраты, многие из них променяли плеть на соху.

21.


На перекрёстке за театром - Сапоги, гордость национального костюма захчинов:

22.


Но самый впечатляющий из этих памятников - на улице, от Площади ведущей вправо. Музыкальный инструмент моринхур в виде стелы высотой с пятиэтажку потрясает даже не звуча:

23.


Обчных памятников тут гораздо меньше, чем в Улгие, бюстов я и не припомню, а вот мемориальные доски ещё попадаются. Верхняя - у здания полиции, нижняя - явно памятник кому-то конкретному:

24.


Оба они стоят на главной улице, ведущей с площади Аюши на север. Во дворах у площади - ещё какая-то сталинка с лоджией, судя по чужим фотографиям до недавнего времени служившая буддийским храмом:

25.


Парой кварталов дальше по улице - аймачный музей в унылом здании. Как ни странно, о нём довольно много информации по-русски, в том числе что он был основан в 1950 году. Судя по фотографиям - обычный районный краеведческий, а здание кажется очень запущенным.

26.


У входа - стелы из какой-нибудь культуры плиточных могил (предки монголов, жившие в последнем тысячелетии до нашей эры) и огромный расписной казан, может быть и эпохи Джунгарии. Вот как раз об уличных предметах-то никакой информации и не найти:

26а.


За музеем - старые домики и необычный тротуар в виде двух колей через песок:

27.


Напротив - бывшая автобаза, от которой осталась вычурная сталинская арка как символ того, что фактически именно Ховд, а не Ташанта, был конечным пунктом Чуйского тракта.

28.


И казахская мечеть. В Ховде, в отличие от Улгия, она одна, но как бы и не на историческом месте:

продолжение следует.

отсюда : https://varandej.livejournal.com/910519.html

Tags: Монголия, фото
Subscribe

Posts from This Journal “Монголия” Tag

promo goodspb 19:58, вчера 8
Buy for 40 tokens
В США арестовали женщину, спасшую 17 кошек и 10 собак во время урагана «Флоренс» чьи хозяева их бросили во время бедствия. Некоторые питомцы были ранены и она их выхаживала без ветеринарной лицензии простыми домашними лекарствами. За это её ждёт тюрьма, может быть даже надолго.…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments