amarok_man (amarok_man) wrote,
amarok_man
amarok_man

Ховд (Кобдо). Старейший город Монголии. Часть 1

На территории Монголии было немало столиц древних великих империй, в том числе Каракорум, где во дворце Чингисхана стояло серебряное дерево с золотыми листьями. Но к середине тысячелетия их почти без следа поглотила степная пыль, а в роли оседлых поселений остались разве что хийды и хурэ - буддийские монастыри. Даже Улан-Батор начинался с кочевой ставки ("Урга"), осевшей на нынешнем месте лишь в конце 18 века. И скромный Ховд (29 тыс. жителей), центр обширного пустынного аймака на западе страны, выходит старейший монгольским городом - джунгарский хан Галдан-Бошогту основал его в 1685 году как центр земледельческого района. Многонациональный Ховд самобытнее казахского Улгия, из которого мы не без приключений добирались сюда в прошлой части, и здесь есть вполне самодостаточные достопримечательности вроде китайской Казначейской крепости или неожиданных памятников сталинской архитектуры.


Чуть раньше джунгар, в самом начале 17 века, на большую сцену Мировой истории вышли другие кочевники - чжурчжэни, или маньчжуры из тех краёв, где ныне стоит Владивосток. Не потомки Чингисхана, а дальняя родня эвенков и нанайцев, они сориентировались куда быстрее и в 1636 году начали покорять Китай, положив начало последней в его истории императорской династии Цин. Первым, хотя и не надёжным и не добровольным союзником маньчжуров стали монголы, от которых те получили печать императора Северной Юани, то есть правопреемственность Монгольской империи. Но единства среди монголов не было, союзы с маньчжурами создавались и рушились, а князья и ханы убивали друг друга завоевателям на радость. Монгольская степь раскололась на Внутренню Монголию (к югу от Гоби) под властью Цин, колеблющуюся Халху (Внешнюю Монголию) и независимую Джунгарию, и конечно же джунгарский хан не мог не примерить на себя роль объединителя монголов. Галдан-Бошогту, тот самый, что разрушил в междоусобной войне крепость Аблайкит под будущим Усть-Каменогорском, с 1680-х годов начал экспансию на восток. Маньчжуры имели перед джунгарами такое преимущество, как грандиозная тыловая база Китая, поэтому Галдан, покорив оазисы Кашгарии, пытался развивать в своём ханстве земледелие. Как крепость, прикрывавшая земледельческую колонию приглашённых таранчи (уйгуров) на берегах реки Кобдо и был основан в 1685 году одноимённый город (Ховд и Кобдо - одно и то же слово). Успешная экспансия ойратов в халха-монголию обернулась чередой джунгаро-маньчжурских войн, и на первый раз маньчжуры одержали верх, на второй джунгары взяли реванш, ну а третья война 1750-х годах кончилась гибелью Джунгарского ханства.

1а.


Ховд был взят цинским врйском в 1757 году в одном из ключевых сражений, а пять лет спустя восстановлен уже маньчжурскими властями километрах в 20 от своего первоначального места, теперь на реке Буянт. И хотя долина Кобдо исторически принадлежала Джунгарскому ханству, Цины включили её в состав Внешней Монголии, делившейся на 4 аймака (феодальных ханства), как не входивший ни в одно из них пограничный округ ("лигу") Кобдо, включавший весь запад нынешней Монголии от Алтая до Гоби. В Китае монгольскими делами заведовала "варварская палата" Лифаньюань, назначаемый из неё цзяньцзинь (генерал-губернатор) Внешней Монголии сидел в Улясутае, а два его помощника (амбань) - в Урге и Кобдо. Эти три города и составляли костяк Внешней Монголии, и в составе империи Цин она с одной стороны располагала значительной автономией, а с другой - была максимально изолирована от внешнего мира, в первую очередь от цепкого капитала России. На рубеже 19-20 веков эту автономию пекинские власти начали активно сворачивать, а необходимость пополнить казну после чудовищных восстаний, прокатившихся в 1860-90-х годах по всей Поднебесной, толкнула их на необдуманный шаг: собирать налоги с монголов не скотом, как раньше, а серебром. Монголия, конечно, очень богата серебряными рудами, но тогда об этом никто не знал, и серебро на дань монголы получали, лишь продавая скот китайским купцам. Те, разумеется быстро сориентировались в ситуации и занизили цены, от чего поголовие скота в Монголии начало таять на глазах, и как неизбежное следствие - монгольскую степь с 1900-х годов начали сотрясать восстания.

1б.


В 1911 году Монголия отделилась от Китая, став независимой теократической монархией под протекторатом России, и самое активное сопротивление Национальной революции оказал как раз-таки амбань Кобдо, лишь в 1912 году изгнанный беспощадным калмыком Джа-ламой. Война в Кобдо прекратилась лишь в 1913 году с вводом туда русских войск. Но ещё на десятилетия Монголия, лишь в 1961 году принятая в ООН, осталась чем-то вроде Абхазии или ЛДНР - непризнанным государством, "серой зоной" на границе России, без воли которой здесь не решалось ничего. Поэтому Монголию не миновала и русская Гражданская война: китайцев, вернувшихся в Кобдо под шумок в 1919 году и устроивших погромы русских купцов, в 1921 выгнали бе(г)лые казаки из "алтайской сечи" Александра Кайгородова. В тот же год и их разбили красные во главе с Карлом Байкаловым и монгольские коммунисты - следом за СССР возникла Монгольская Народная Республика, в 1921 году ограничившая, а в 1924 и полностью упразднившая монархию Богдо-гэгэна. И когда не было ещё ни шахт Дархана, ни металлургии Эрдэнэта, старинный Кобдо оставался вторым по значению городом Монголии, "воротами в СССР", где в 1942-44 годах формировались верблюжье караваны с мясом и шерстяной одеждой на помощь Красной Армии, а с 1930-х годов до самой Перестройки - гурты скотоимпорта на мясокомбинаты Семипалатинска и Бийска.

2.


Добравшись до Ховда поздно вечером, мы остановились в первой попавшейся гостинице "Ховд" на главной площади. У неё был пафосный холл с аквариумом, и вежливые очаровательные администраторши, уже не казашки, а явные ойратки или монголки. Одна свободно владела английским, другая - русским, вот только работали они посменно. За, кажется, 60 тысяч тугриков (1500 рублей) мы сняли небольшой номер с удобствами, а на утро, оставив Олю выспаться и собраться, я пошёл гулять. Снаружи гостиница оказалась такой же, что мы видели в Улгие - фасад в духе сталинского барокко, как где-нибудь в Чернигове, и даже те же каменные часы на нём. На кадре выше он на заднем плане, а меня с первого же взгляда впечатлило роскошное здание театра, судя по пережиткам конструктивизма - как бы и не 1930-х годов постройки:

3.


Хотя "сталинская архитектура" в изрядной степени миф, и подобие наших сталинок  я видел в бывших землях Польши, Финляндии, Чехословакии, не говоря уж о странах Прибалтики. Но монгольские сталинки - это именно сталинки в узком смысле слова, равно как и местные пятиэтажные дома - именно родные нам пятиэтажки. И этот театр без вывесок и с запертой дверью фасада - шедевр "монгольского сталианса", более яркие памятники которого стоит искать разве что в столице.

4.


Другая сторона площади Аюша. Неотъемлемая часть её ансамбля - довлеющая над Ховдом гора Хотын-Урд (2028м) с каким-то немного готическим абрисом:

5.


На кадре выше, на одном ряду с нашей гостиницей - политехнический колледж и детский сад. Типовые проекты послевоенного СССР, отличающиеся лишь декором:

6.


Напротив театра - Ховдинский западный региональный центр, то есть видимо администрация аймака, которую здесь уже никак не назвать акиматом, и суд, вывеска которого отмечена парой орденов МНР (ближе см. здесь).

7.


При виде памятников на площади я сразу обрадовалс: "О! Чингисхан!", но нет - как заметил mimohodec, несмотря на весь культ личности, именно памятников Потрясателю Вселенной на всю Монголию три штуки. А здесь в середине площади в 1959 году увековечен давший ей название Арат Аюш (1858-1939), предводитель аратских восстаний в Кобдинском округе, а у здания суда - основатель города Галдан-Бошогту (2004).

8.


Домик с граффити на углу площади:

9.


В сквере по соседству - не знаю точно, что за заведение и каких лет постройки, но надпись на нём гласит примерно "Дети приносят радость!".

10.


А детям радость приносит обилие зооморфных скульптур, в том числе вот такие вот мимимишнейшие лавочки:

10а.


С площади улицы расходятся по трём сторонам - на север к Казначейской крепости, историческому недо-центру и дороге в Улгий; направо, если идти с севера - к парку и буддийскому монастырю, налево или прямо - к базару, автовокзалу и дороге в Улан-Батор. В облике ховдинского центра переплетаются как очень знакомое, так и совсем не знакомое. Вот этот вид - почти что Элиста, и сходство совсем не случайно. Ховд - пожалуй самый многонациональный аймак Монголии: четверть жителей тут халха-монголы (то есть монголы "по умолчанию"), 10% - казахи, а большинство населения - ойраты: осколки Джунгарии, по нашему говоря - калмыки. Сама Калмыкия с согласия русских властей образовалась почти одновременно с Джунгарией, с крахом последней многие ойраты ушли на Волгу, а несколько десятилетий спустя, не поладив с царскими властями, уже калмыки пустились в Пыльный поход через казахские степи назад к империи Цин. То есть, как у многих российских калмыков родословная уходит в Синьцзян, так и у многих монгольских и синьцзянских ойратов были дальние предки на Волге. Консолидировать ойратские племена в единый народ по советскому образцу монгольские власти не стали (так, чего доброго, и национальную автономию им пришлось бы создавать!), но суммарно их около 200 тысяч человек - чуть больше, чем волжских калмыков. Самые многочисленные ойраты - дербеты и баяты, населяющие в основном в Убсунурский аймак, и именно с дербетов начиналась алтайская торговля по Чуйскому тракту. В Ховде живут захчины (ещё четверть населения аймака) и малочисленные торгуты (9%), олёты (7%), мянгаты (5%), немного дербетов (4%) и баятов, совсем уж редкие узумчины, а также знакомые по прошлой части урянхайцы (7% населения) и чанту - монгольские узбеки и уйгуры, потомки земледельцев Галдана-Бошогту, нишу которых на полях долины Кобдо в последние полтора века заняли казахи. Население Ховда-города в целом похоже на население Ховда-аймака, разве что казахов побольше, поскольку Ховд-река совсем рядом.

11.


Местами Ховд похож не на Элисту, и вообще не на бывший СССР, а на старый голодный Китай, знакомый мне лишь по фотографиям и фильмам. Одноэтажные дома с очень частыми окнами, а за ними робкие новостройки - наверное, такой была китайская глубинка в эпоху Сяопина.

12.


Добавляют маоизма толстые кирпичные трубы дворовых котельных, зимой наверное густо дымящие углём:

13.


Южнее площади Аюши - целый квартал деревянных бараков с юртами во дворах:

14.


Здесь же и явные сталинки с характерной лепниной:

15.


В том числе здоровенная жёлтая школа:

16.


Задний двор которой также не обошёлся без юрты:

17.


Среди всего этого попадаются одноэтажные домики, которые вполне могли принадлежать каким-нибудь русским купцам или например русскому консульству, основанному в Кобдо ещё при маньчжурах.

18.


Если это правда русское зодчество - то одни из самых малоизвестных его образцов:

19.


Думаю, вы заметили и очень странный марафет Ховда. Город явно некоторое время назад привели в порядок, может быть не без помощи Цахиагийна Элбегдоржа, президента Монголии в 2009-17 годах, при котором "шестнадцатая республика" вновь сильно сблизилась с Россией: он родом из Ховдинского аймака, и по происхождению - захчин. Но марафет явно был разовой акцией, и "монгольским Белгородом" Ховд так и не стал - тротуары из плитки и булыги, симпатичные бордюрочки и фонарные столбы неумолимо заносятся песком и сором.

20.


Одна из "фишек" Ховда - памятники его региональным символам. Например, кобдинскому арбузу - на грузовичке с такими мы ехали в прошлой части. Как уже говорилось, выращивают их здесь в основном казахи: оказавшись не столь true-скотоводами, как монголы и ойраты, многие из них променяли плеть на соху.

21.


На перекрёстке за театром - Сапоги, гордость национального костюма захчинов:

22.


Но самый впечатляющий из этих памятников - на улице, от Площади ведущей вправо. Музыкальный инструмент моринхур в виде стелы высотой с пятиэтажку потрясает даже не звуча:

23.


Обчных памятников тут гораздо меньше, чем в Улгие, бюстов я и не припомню, а вот мемориальные доски ещё попадаются. Верхняя - у здания полиции, нижняя - явно памятник кому-то конкретному:

24.


Оба они стоят на главной улице, ведущей с площади Аюши на север. Во дворах у площади - ещё какая-то сталинка с лоджией, судя по чужим фотографиям до недавнего времени служившая буддийским храмом:

25.


Парой кварталов дальше по улице - аймачный музей в унылом здании. Как ни странно, о нём довольно много информации по-русски, в том числе что он был основан в 1950 году. Судя по фотографиям - обычный районный краеведческий, а здание кажется очень запущенным.

26.


У входа - стелы из какой-нибудь культуры плиточных могил (предки монголов, жившие в последнем тысячелетии до нашей эры) и огромный расписной казан, может быть и эпохи Джунгарии. Вот как раз об уличных предметах-то никакой информации и не найти:

26а.


За музеем - старые домики и необычный тротуар в виде двух колей через песок:

27.


Напротив - бывшая автобаза, от которой осталась вычурная сталинская арка как символ того, что фактически именно Ховд, а не Ташанта, был конечным пунктом Чуйского тракта.

28.


И казахская мечеть. В Ховде, в отличие от Улгия, она одна, но как бы и не на историческом месте:

продолжение следует.

отсюда : https://varandej.livejournal.com/910519.html

Tags: Монголия, фото
Subscribe

Posts from This Journal “Монголия” Tag

promo ryska_zelenogr 18:07, yesterday 8
Buy for 30 tokens
Я в шоке! Моя даже не орала нисколечко. И этот Паша не ругался на меня. Сначала они долго болтали, оказывается, они учились в одном институте. Начали слова все какие-то непонятные говорить: линейная алгебра, теоретическая физика, высшая математика, уснуть можно от такой скукоты. И ещё мне не ясно,…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments