amarok_man (amarok_man) wrote,
amarok_man
amarok_man

Category:

Мотопробег Москва-Париж-Москва 1927 года

 В домашнем архиве одной из известнейших гонщиц 40-х годов прошлого столетия Халиды Килькеевой обнаружился невесть как к ней попавший документ - диплом участника мотопробега «Москва-Лондон-Москва», совершенного в 1924 году. За спортивные достижения в деле мототуризма награжден некто А.В. Чигорин... Внештатный автор «Мото» и группа следопытов начали искать: что за человек, как проходил мотопробег?


В домашнем архиве одной из известнейших гонщиц 40-х годов прошлого столетия Халиды Килькеевой обнаружился невесть как к ней попавший документ - диплом участника мотопробега «Москва-Лондон-Москва», совершенного в 1924 году. За спортивные достижения в деле мототуризма награжден некто А.В. Чигорин... Внештатный автор «Мото» и группа следопытов начали искать: что за человек, как проходил мотопробег?

ДЕСАНТЕРЫ


Чтобы узнать подробности того рейда, мы обратились за помощью к историку отечественного автомотоспорта Юрию Мелентьеву. Выяснилось, что с именем А.В. Чигорина, чья грамота оказалась у нас в руках, связано несколько сенсационных мотопробегов в страны Западной Европы. В архивах удалось разыскать не только краткие воспоминания участников, но и фотографии тех лет.

Пока не установлены имя и отчество Чигорина, годы его жизни (по некоторым данным, он умер в 1948 году). Известно только, что он, первый заслуженный мастер спорта СССР по автоспорту, получил это почетное звание в 1939 году за серию рекордных заездов, стал членом МАК (Московский автомобильный клуб, создан в 1923 году). В 1924 году Чигорин вместе с Н.Д Затулиным, П.Я. Давидом и К.В. Минкнером составили команду клуба. На двух мотоциклах с колясками (Royal-Enfield и Harley-Davidson) они совершили мотопробег Москва-Лондон-Москва, проехали по дорогам Финляндии, Швеции, Норвегии, Англии, Бельгии и Германии. Четверка мототуристов преодолела более 7 тысяч километров. За уникальный по тем временам пробег каждый из участников был награжден дипломом. Этот наградной лист несет не только историческую, но и художественную ценность: неизвестный художник нарисовал его акварелью!

Первые советские мототуристы.


И это, увы, то немногое, что повезло узнать о том пробеге. Однако в ходе поисков сведений о нем и его героях всплыли другие факты и лица, по которым можно понять, в какой обстановке налаживали международные связи мотоциклисты СССР в 20-х годах.


НА ПАРИЖ
Мотопробег Москва-Париж-Москва состоялся в августе-октябре 1927 года, в числе его участников тот же Чигорин, а всего их было 12. По отчету представителя ВОКС (Всесоюзное общество культурных связей с заграницей) доктора Л.Б. Нимена можно представить, какими глазами участники увидели Европу конца 20-х.

Стартовали из Москвы. Шесть мотоциклов с колясками, все американских марок, были «обуты» в советскую резину, оснащены тульскими и ленинградскими моторными цепями. Команда включала представителей автомотоклубов Москвы, Ленинграда, Тулы, Одессы и Баку. Известны фамилии водителей (имена не установлены): Чигорин, Иваненко, Новацек, Зайцев, Марошкин, Петров. Командор - Гимельфабр. В соответствии с реалиями того времени, перед участниками поставили задачу связаться с рабочими спортивными организациями в Европе. Вторая цель - испытание советских цепей и резины. Нимен совмещал обязанности переводчика, врача и пресс-атташе.

924 г. Участники мотопробега «Москва-Лондон-Москва» перед стартом.


За 50 дней предстояло преодолеть 7500 километров.


ЗАПРЕТ НА ОБЩЕНИЕ
Прибыли в закрытый пограничный пункт Филипповичи на советско-польской границе. «Двумя выстрелами в воздух наши пограничники вызвали поляков, и вскоре мы пересекли границу», - писал в отчете Нимен. В Польше советских спортсменов с любопытством расспрашивали белорусские крестьяне(В те годы Белоруссия входила в состав Польши (прим. ред.)), интересовались жизнью соотечественников в СССР, жаловались на «ополячивание и аресты».

Польская молодежь совершенно не говорила по-русски, что, впрочем, не мешало местным жителям установить контакт с гостями. В Кобрине случился инцидент: полицейские запретили горожанам подходить к нашим спортсменам. Блюстители порядка даже во время обеда в ресторане «сопровождали» советскую делегацию. Автор отчета не сомневался: готовилась провокация с целью сорвать пробег.

Во время остановки в Варшаве путешественники занялись ремонтом мотоциклов, и снова полиция «не обделила их вниманием». «Стоило где-нибудь остановиться, чтобы перекусить или пополнить запасы бензина, как тотчас же, как из-под земли, появлялись полицейские, спрашивали у нас паспорта», - раздраженно замечал Нимен... Но мотоциклисты делали свое дело: судя по отчету постоянно, где только можно, рассказывали о профсоюзной работе, клубах, домах отдыха в СССР.


РОТ-ФРОНТ!
Польско-германскую границу пересекли 27 августа в Тирштиле. Немцы встречали дружелюбно. И здесь случился конфуз. По дороге на Берлин спортсмены видели стоявших по обочинам рабочих, те поднимали над головами кулаки. Угроза в адрес СССР? Или, на худой конец, порицание за слишком быструю езду? На самом деле этот жест был знаком приветствия «красных фронтовиков». Приободренные этим открытием, путешественники въехали в Берлин. Здесь их никто не встречал. Однако вскоре вокруг мотоциклов образовались толпы любопытных, а позже, при выезде из города, были организованы торжественные проводы с митингом. Помогли ЦК КПГ (Центральный комитет Коммунистической партии Германии) и Рабочий гимнастический союз. Спортсмены побывали на автозаводе и здесь отметили: «Организация труда неважная, и завод не намного лучше нашего АМО» (Акционерное московское общество, ныне ЗиЛ). Или именно так, а не иначе полагалось высказывать свои оценки в отчетах?

По пути следования группы через Эрфурт и Лейпциг опять состоялись организованные коммунистами митинги. Нимен в отчете сетовал: спортсменов связывал языковый барьер - на 11 человек участников он был единственным переводчиком. Под Лейпцигом, в местечке Озфенбах, участники пробега пообщались с представителями родственной им по духу организации «Солидаритет» («Соли-даритет» объединял четверть миллиона велосипедистов и мотоциклистов, владел своей велофабрикой и даже выпускал журнал) - общества, близкого к пролетарскому «Красному Спортинтерну».

Даже во время обеда в ресторане польские полицейские «сопровождали» советских мотоциклистов.

По всему маршруту по Германии наших мотоциклистов встречали «красные фронтовики» и члены спортивных организаций. Общение увлекало всех, и Нимен отмечал, что был недоволен дисциплиной участников пробега: они «не слушались командора и останавливались только там, где считали нужным. Никто не рассматривал поездку как агитпоезд, и относились к ней, как к спортивному достижению». Однако мотоциклисты вовсе не считали такое поведение предосудительным.


НА РОДИНЕ ВОЖДЯ КОММУНИЗМА.
Последняя ночевка в Германии - в Трире. Этот город для советской делегации был почти священным: все-таки родина Карла Маркса. Услышали, что мечта местных коммунистов -выкупить дом, где родился автор Коммунистического манифеста. Попросили наших по возвращению выяснить, не поможет ли в этом Москва?.. Ночевали на квартирах «красных фронтовиков». «Прием самый сердечный, какой только можно себе представить», - записано в отчете.

1926 г. Мотопробег «Москва-Лейпциг-Москва». Советские мотоциклисты в Лейпциге.

Караван из шести мотоциклов 6 сентября пересек французскую границу. В 25 километрах от Парижа делегацию встретили на машинах и мотоцинлах сотрудники советского полпредства. Было организовано чаепитие с участием советского посла в Германии Раковского (Христиан Гергиевич Раковский расстрелян в 1941 году, посмертно реабилитирован в 1988).

В честь наших спортсменов Унитарная федерация французских транспортников дала обед, на котором присутствовали секретари союзов шоферов, водителей трамваев, автобусов и работников метрополитена. Прием гостей из СССР устроил и Мотоциклетный клуб Франции, делегации подарили памятные вымпелы, заверили, что намериваются освещать спортивную жизнь Советского Союза в своем журнале. Французская газета коммунистов «Юманите» и другие, а также эмигрантская пресса в те дни освещали события, связанные с мотопробегом.


ПРОБЛЕМНОЕ ВОЗВРАЩЕНИЕ
На обратном пути из Парижа один из мотоциклов на скорости около 60 км/ч налетел на телеграфный столб и сломал мачту. К счастью, как отразил в отчете Нимен, «в коляске мотоцикла седока не было, она разбилась вдребезги, а водитель отделался обмороком, нервным потрясением и легкими ушибами»... Группа проехала через Битбург и Кельн. Опять «красные фронтовики» приглашали наших спортсменов на обед. Во время остановки неподалеку от Ганновера путешественники разговорились с крестьянами. Те крепко ругали большевиков. Если верить Нимену, то был первый подобный случай. Однако после горячего выступления нашего переводчика крестьяне стали ругать уже свои газеты - за искаженную информацию об СССР.

Остановка в Берлине затянулась на три дня -снова встречи, митинги, вручение красных знамен... Когда наконец тронулись в путь, на выезде из города произошла вторая авария, на этот раз с ленинградским экипажем. Мотоцикл в темноте въехал в каменную стену дома. Техника была повреждена, два седока легко ранены. Пострадавших отвезли обратно в Берлин.

Пять машин продолжили путь. А ленинградцы догнали группу в Кенигсберге. Здесь, вспоминает Нимен, его буквально преследовал «маленький пионерчик», очень интересовавшийся жизнью пионеров в Советском Союзе. Он передал письмо, фотографии, литературу. Все это командор, прибыв в Москву, отнес в редакцию газеты «Пионерская правда»... Польский коридор преодолели по железной дороге.

Самые острые ощущения участников пробега ждали на границе Родины. Сначала их, уставших и голодных, держали четыре часа у проволочного заграждения - как им объясняли, распоряжение из Пскова о пропуске через границу не поступало. Эстонских пограничников эта задержка стала забавлять. Увидев их реакцию, наши все-таки пропустили спортсменов, но не дальше контрольного поста. А вот здесь пришлось томиться в ожидании еще час. Но рано радовались, ногда наконец за мотоциклистами приехала машина из Пскова: всех погрузили и отвезли ... в ГПУ. Вот там-то провели таможенный досмотр, а длился он с 11 часов вечера до 5 утра.

1945 год. А. Чигорин (крайний справа) с мотоциклистками.

Мотопробег 1927 года из Москвы в Париж, в котором принимал участие Чигорин, похоже, был последним советским десантом в Европу. Вскоре «железный занавес» опустился и отгораживал нас от Запада несколько десятилетий, причем от путешествующих в обоих направлениях. Первыми, кому было позволено на мотоциклах пересечь территорию Советского Союза, стал профессор Колумбийского университета Джим Роджерс и его подруга Табита Истабрук, они проехали от Находки до Бреста. Сопровождали нью-йоркских путешественников наши мототуристы Роберт Леви и сотрудник журнала «Мото» Николай Самарин. Это произошло только в 1990 году. Отчет о том путешествии можно прочитать в «Мото», № 2-1992, «От океана до океана».

Сергей РОГОВ, Москва,
фото из архива Юрия МЕЛЕНТЬЕВА,
Санкт-Петербург

Tags: 20-е годы, мото
Subscribe

Posts from This Journal “мото” Tag

  • Мотоцикл за 1,5 млн руб.

    Трайк Honda Gold Wing за 1,5 млн. Специально к Всемирному Дню мотоциклиста сервис объявлений "Юла" подготовил рейтинг самых дорогих…

Buy for 30 tokens
Вот логотип одной из японских компаний. Внимание, вопрос: какова ее деятельность, чем она занимается? На самом деле очень крутой логотип. Лаконичный, узнаваемый и хорошо отражает вид деятельности. Угадать очень просто. Пишите ваши предположения в комментариях, ответ опубликую завтра утром.…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 21 comments